» в начало

Джордж Гордон Байрон - Марино Фальеро, дож венецианский

» карта сайта
» о проекте
»Лондон Лондон
»Англия Англия
»Уэльс Уэльс
»Северная Ирландия Северная Ирландия
»Шотландия Шотландия
»Британские острова Британские острова
 
books
Джордж Гордон Байрон - Марино Фальеро, дож венецианский
   Юмор
вернуться

Джордж Гордон Байрон

Марино Фальеро, дож венецианский

    входит и снимает маску и плащ, которые венецианская знать
    носила в общественных местах.
    Лиони
    Я отдохну; я так устал от бала;
    Он всех шумнее был за эту зиму,
    Но, странно, не развлек меня. Не знаю,
    Что за тоска вошла мне в душу, но
    И в вихре танца, взор во взор с любимой,
    Ладонь в ладонь с прекрасной дамой сердца
    И то меня давила тягость; холод
    Сквозь душу в кровь сочился, проступая
    На лбу как бы предсмертным потом. Я
    Тоску пытался смехом гнать - напрасно.
    Сквозь музыку мне ясно и раздельно
    Звон погребальный слышался вдали,
    Негромкий, как прибой адрикский, ночью
    Вливающийся в шепот городской,
    Дробясь на внешних бастионах Лидо...
    Я и ушел в разгаре бала с целью
    Добиться дома от моей подушки
    Покоя в мыслях или просто сна...
    Возьми, Антоньо, плащ и маску; лампу
    Зажги мне в спальне.
    Антонио
    Слушаю синьор.
    Чем подкрепитесь?
    Лиони
    Только сном, но сна мне
    Ты не подашь.
    Антонио уходит.
    Надеюсь, он придет,
    Хоть на душе тревожно. Может быть,
    Мне воздух свежий успокоит мысли:
    Ночь хороша; левантский ветер мглистый
    В свою нору уполз, и ясный месяц
    Взошел сиять. Какая тишина!
    (Подходит к раскрытым жалюзи.)
    Как не похоже на картину бала,
    Где факелы свой резкий блеск, а лампы
    Свой мягкий разливали по шпалерам,
    Внося в упрямый сумрак, что гнездится
    В огромных тусклооких галереях,
    Слепящий вал искусственного света,
    В котором видно все, и все - не так.
    Там старость пробует вернуть былое
    И, проведя часы в работе трудной
    Пред зеркалом, правдивым чересчур,
    В борьбе за молодой румянец, входит
    Во всем великолепье украшений,
    Забыв года и веря, что другие
    Забудут их при этом лживом блеске,
    Потворствующем тайне, но -. - напрасно.
    Там юность, не нуждаясь в этих жалких
    Уловках, цвет свой неподдельный тратит,
    Здоровье, прелесть - в нездоровой давке,
    В толпе гуляк, и расточает время
    На мнимое веселье, вместо сна,
    Пока рассвет не озарит поблекших
    И бледных лиц и тусклых глаз, которым
    Сверкать бы должно долгие года.
    Пир, музыка, вино, цветы, гирлянды,
    Сиянье глаз, благоуханье роз,
    Блеск украшений, перстни и браслеты,
    Рук белизна, и вороновы крылья
    Волос, и груди лебединый очерк,
    И ожерелий Индия сплошная,
    Но меркнущая перед блеском плеч,
    Прозрачные наряды, точно дымка,
    Плывущая меж взорами и небом,
    Мельканье ножек маленьких и легких -
    Намек на тайну нежной симметрии
    Прекрасных форм, столь чудно завершенных, -
    Все чары ослепительной картины,
    Где явь и ложь, искусство и природа
    Пьянили взор мой, с жадностью впивавший
    Вид красоты, как пилигрим в пустынях
    Аравии, обманутый миражем,
    Сулящим жажде светлый блеск озер.
    Все бросил я. Вокруг - вода и звезды;
    Миры глядятся в море, сколь прекрасней,
    Чем отблеск ламп в парадных зеркалах;
    Великий звездный океан раскинул
    В пространстве голубую глубину,
    Где нежно веет первый вздох весенний;
    Высокий месяц, плавно проплывая,
    Дает воздушность камню гордых стен,
    Дворцов и башен, окаймленных морем;
    Колонны из порфира и фасады,
    Чей на Востоке был захвачен мрамор,
    Впродоль канала алтарями встали
    И кажутся трофеями побед,
    Из вод взлетавшими, и столь же странны,
    Как те таинственные массы камня,
    То зодчество титанов, что в Египте
    Нам указует эру, для которой
    Иных анналов нет... Какая тишь!
    Какая мягкость! Каждое движенье,
    В согласье с ночью, кажется бесплотным.
    Звучит гитара: то бессонный кличет
    Любовник чуткую подругу; тихо
    Окно открылось: он услышан, значит;
    И юная прекрасная рука,
    Сама как бы из лунного сиянья,
    Столь белая, дрожит, отодвигая
    Ревнивую решетку, чтоб любовь
    За музыкой вошла, - и сердце друга
    Само звенит, как струны, в этот миг.
    Вот фосфоритный всплеск весла, вот отблеск
    Фонариков с бортов гондол проворных,
    И перекликом дальних голосов
    Хор гондольеров стих на стих меняет;
    Вот тень скользит, чернея, на Риальто;
    Вот блеск дворцовых кровель и шпилей...
    Вот все, что видно, все, что слышно в этом
    Пеннорожденном землевластном граде!..
    Как тих и нежен мирный час ночной!..
    Спасибо, ночь! Ужасные предчувствья,
    Каких не мог рассеять я на людях,
    Ты прогнала. Благословлен тобою,
    Твоим дыханьем, кротким и спокойным,
    Теперь усну я, хоть в такую ночь
    Сон - оскорбленье для нее...
    Слышен стук в дверь.
    Стучат?
    Что это? Кто пришел в такое время?
    Входит Антонио.
    Синьор, там некто, с неотложным делом,
    Приема просит.
    Лиони
    Кто же? Незнакомец?
    Антонио
    Лицо он в плащ укутал, но манеры
    Его и голос чем-то мне знакомы;
    Спросил я - кто он, но лишь вам открыться
    Готов упрямец. Он упорно просит,
    Чтоб вы ему позволили войти.
    Лиони
    Так поздно... Подозрительное рвенье...
    Но вряд ли есть опасность: до сих пор
    Патрициев не убивали дома;
    Но, хоть врагов и нету у меня,
    Однако осторожность не мешает.
    Введя его, уйди, но позови
    Твоих подручных сторожить за дверью.
    Кто б это был?
    Антонио уходит и возвращается с Бертрамом,
    закутанным в плащ.
    Бертрам
    Синьор Лиони! Дорог
    Нам каждый миг - и мне и вам. Ушлите
    Слугу; нам надо с глазу на глаз быть.
    Лиони
    Бертрам как будто... Можешь удалиться,
    Антоньо.
    Антонио уходит.
    Ну, что нужно вам так поздно?
    Бертрам
    (открывая лицо)
    Благодеянья, добрый мой патрон!
    Бедняк Бертрам от вас их много видел;
    Еще одно - и счастлив буду я.
    Лиони
    Тебе, ты знаешь, с детства помогал я
    В любых твоих житейских достиженьях,
    Приличных званью, и теперь готов бы
    Все обещать заранее, но странный
    Приход ночной, настойчивость, поспешность
    Мне подозрительны. Я чую тайну,
    Скажи, в чем дело? Что произошло?
    Внезапная пустая ссора? Лишний
    Глоток вина и драка и кинжал?
    Обычная история. И если
    Убит не дворянин, суда не бойся,
    Но все ж беги: в порыве первом гнева
    Друзья и родственники могут мстить
    В Венеции смертельнее закона.
    Бертрам
    Синьор, спасибо, но...
    Лиони
    Но что? Ты руку
    Дерзнул поднять на знатного? Тогда -
    Спеши, беги, но и молчи: тебя я
    Сам не убью, но и спасать не стану!
    Кто пролил кровь патриция...
    Бертрам
    Пришел я
    Кровь эту сохранить, а не пролить!
    Но я спешу, минута промедленья
    Нам жизни может стоить: меч двуострый
    Взамен косы уже заносит время,
    И в скляницу его взамен песка
    Насыпан пепел гробовой. Молю вас:
    Сидите завтра дома!
    Лиони
     Почему?
    Что мне грозит?
    Бертрам
    Не спрашивай об этом,
    Но заклинаю вновь: не выходи,
    Что б ни случилось. Рев толпы, крик женщин,
    Ребячий плач и стон мужской, бряцанье
    Оружия, треск барабанов, вопли
Страницы: 12345678910111213141516171819202122232425