» в начало

Джордж Гордон Байрон - Марино Фальеро, дож венецианский

» карта сайта
» о проекте
»Лондон Лондон
»Англия Англия
»Уэльс Уэльс
»Северная Ирландия Северная Ирландия
»Шотландия Шотландия
»Британские острова Британские острова
 
books
Джордж Гордон Байрон - Марино Фальеро, дож венецианский
   Юмор
вернуться

Джордж Гордон Байрон

Марино Фальеро, дож венецианский

    Венчая дожа. Так ребенок лепит
    Игрушку, чтобы, поиграв, сломать!
    С тех пор я знал лишь происки глухие
    Сената против дожа, тайный рост
    Взаимной ненависти и боязни;
    Дрожала знать, за власть свою цепляясь,
    И тиранию ненавидел дож.
    И нет меж нами личных отношений,
    Нет прежних уз; порвали их они.
    Я вижу в них сенаторов, повинных
    В самоуправстве, - и пускай как должно
    Поступят с ними.
    Календаро
    А теперь - за дело!
    Все по местам. Пусть будет эта ночь
    Последней ночью слов; я схватки жажду!
    Меня звон Марка сонным не найдет!
    Израэль
    Все на посты! Спокойствие и зоркость!
    Мысль - о страданьях наших и правах!
    Лишь ночь пройдет, и нам не знать угрозы!
    Сигнал - и все вперед. К моей дружине
    Иду я. Пусть никто не медлит в деле.
    А дож вернется во дворец - готовить
    Все для удара. Разойдемся мы
    Для новой встречи в славе и в свободе!
    Календаро
    При встрече - голову Микеле Стено
    Я на мече преподнесу вам, дож.
    Дож
    Нет, нет, его оставим напоследок;
    Не отвлекайся мелкой дичью в гоне
    За красным зверем. Оскорбленье Стено -
    Лишь результат распущенности общей,
    Разврата, порожденного в глубинах
    Порочной знати. Он не мог, не смел бы
    Рискнуть на это в лучшие года.
    Мой личный гнев я растворил в заботе
    О нашем общем и великом деле.
    Я наказанья требую рабу
    У гордого хозяина. Откажет?
    Он сам обидчик и ответит - сам!
    Календаро
    Но он - причина нашей связи с вами,
    Что освящает наше начинанье;
    Ему я благодарностью обязан
    И жажду отплатить как должно. Можно?
    Дож
    Ты руку рубишь - голову рублю я;
    Ты к школяру - к учителю я с розгой;
    Ты Стено мстишь - Сенат караю я.
    Могу ль я медлить ради личной злобы
    С огромным, полным, всесторонним мщеньем,
    Палящим все, как тот огонь небесный,
    Что пал когда-то, - и горячий пепл
    Двух городов был залит Мертвым морем?
    Израэль
    Ступайте ж на посты. Я задержусь
    И дожа провожу до места встречи,
    Удостоверюсь, нет ли где шпионов,
    За ним следящих. А потом бегу
    К моим бойцам, сжимающим оружье.
    Календаро
    Прощай же - до рассвета.
    Израэль
    Всем успеха!
    Заговорщики
    Все будем в срок. Вперед! Прощайте, дож!
    Заговорщики приветствуют дожа и Израэля Бертуччо
    и удаляются во главе с Филиппе Календаро. Дож и Израэль
    Бертуччо остаются.
    Израэль
    Ну, враг - в тенетах и не ускользнет!
    Теперь ты - подлинный монарх, чье имя
    Славнее славных обретет бессмертье.
    Свергал царей народ свободный; цезарь
    Пал не один; диктаторов крушили
    Патриции; патрициев - плебейский
    Пронзал клинок. Но был ли князь, вступивший
    С народом в заговор свободы - жизнью
    За вольность подданных своих рискуя?
    Спокон веков князья трудились втайне
    Во вред народу, цепь с него снимая
    Лишь для того, чтоб дать оружье против
    Народов братских, чтоб ярмо рождало
    Ярмо, и смерть и рабство лишь дразнили
    Пасть ненасытного Левиафана!
    Теперь - о нашем деле; риск велик,
    Награда - больше. Что же вы недвижны?
    Вы миг назад весь были - нетерпенье!
    Дож
    Итак, все решено? И все погибнут?
    Израэль
    Кто?
    Дож
    Близкие мои по крови, дружбе,
    Трудам и дням, - сенаторы.
    Израэль
    Вы сами
    Произнесли им правый приговор.
    Дож
    Пожалуй, правый, для тебя - бесспорно.
    Ты патриот, плебейский Гракх, оракул
    Мятежников, трибун народный; что же
    Тебя хулить? Ты действуешь, как должен.
    Ты попран ими, притеснен, унижен -
    Как я, - но с ними ты не вел бесед,
    Ты хлеба с ними не делил и соли,
    Ты кубка их не подносил к губам,
    Не рос ты с ними, не смеялся вместе,
    Не плакал, в их кругу не пировал;
    Не отвечал улыбкой на улыбку,
    Не требовал улыбки их в обмен,
    Им не вверялся, не хранил их в сердце,
    Как я! Взгляни: я сед, и так же седы
    Старейшие в Сенате; но, я помню,
    Их кудри были черными как смоль,
    Когда мы вместе за добычей гнались
    Меж островов, отбитых у неверных!
    И видеть всех - утопленных в крови?
    Сталь в их груди - мое самоубийство!
    Израэль
    Дож, дож! Такая слабость недостойна
    Ребенка! Если вы не впали в детство,
    Верните нервам крепость, не срамите
    Вас и меня. Клянусь, я предпочел бы
    Успеха в нашем деле не добиться,
    Чем видеть мужа чтимого упавшим
    С высот решимости в такую дряблость!
    В боях вы кровь видали, лили кровь
    Свою и вражью; вам ли страшны капли
    Из жил вампиров старых, отдающих
    Лишь выпитую у мильонов кровь?!
    Дож
    Прости мне! Все шаги и все удары
    Я с вами разделю. Нет, я не дрогнул,
    О нет! Но именно моя _решимость_
    Все совершить - меня волнует. Пусть же
    Они пройдут, томительные мысли,
    Чему лишь ты - свидетель равнодушный
    Да ночь... Наступит миг - и это я
    Набат обрушу и ударом гряну,
    Что обезлюдит не один дворец,
    Что подсечет древа родов древнейших,
    Развеет их кровавые плоды,
    Цветы их обрекая на бесплодье;
    Я так хочу, так должен, так свершу я -
    Клянусь! Ничто не отвратит мой рок!
    И все ж, подумав, кем я должен стать
    И кем я был, - я трепещу!.. Прости мне!
     Израэль
    Бодритесь! Я подобных угрызений
    Не знаю вовсе. Что меняться вам?
    По доброй воле действуете вы.
    Дож
    Да, ты не знаешь. Но и я! Иначе
    Тебя на месте б я убил, спасая
    Жизнь тысяч, - и убил, не став убийцей.
    Не знаешь ты, как бы мясник, на бойню
    Идя, куда патрициев согнали!
    Всех вырезав, ты светел станешь, весел,
    Спокойно руки алые обмыв.
    Но я, тебя с друзьями превзойдя
    В резне ужасной, - чем я должен стать,
    Что чувствовать, что видеть? Боже, боже!
    Ты прав, сказав, что я "по доброй воле"
    Затеял все; но и ошибся ты:
    Я _вынужден_. Но ты не бойся: я -
    Вам соучастник самый беспощадный!
    Ни доброй воли нет во мне, ни чувства
    Обычного - они б мешали мне;
    Теперь во мне и вкруг меня - геенна,
    И, точно бес, кто верит и трепещет,
    Я, с отвращеньем, действую!.. Идем!
    Ступай к своим, а я - моих вассалов
    Спешу собрать. Не бойся: всю разбудит
    Венецию набат, за исключеньем
    Сенаторов зарезанных. И солнце
    Над Адрией не встанет в полном блеске,
    Как всюду вопль раздастся, заглушив
    Роптанье волн ужасным криком крови.
    Решился я. Идем.
    Израэль
    Готов всем сердцем!
    Но обуздай порывы этих чувств,
    Не забывай, что сделали с тобою,
    И помни, что плодом расправы этой
    Придут века довольства и свободы
    Для города раскованного! Истый
    Тиран опустошит страну любую,
    Не зная вовсе мук твоих - при мысли
    О каре для предателей народа,
    Для горстки! Верь, что жалость к ним преступна
    Не менее, чем снисхожденье к Стено!
    Дож
    Ну, человек, ты дернул ту струну,
    Что рвет мне сердце!.. Так! Вперед, за дело!
    Уходят.

АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ

СЦЕНА ПЕРВАЯ

    Дворец патриция Лиони. Лиони, сопровождаемый слугой,
Страницы: 12345678910111213141516171819202122232425